Игровой тред для текстовой игры в DnD по модулю The Temple of Elemental Evil
DM
!!vc5vREoAHWLx//eE
# OP
29/04/26 Срд 21:53:21
№
1
На следующее утро караван из четырех повозок запряженных волами и десяти всадников отправился по торговому тракту на запад в сторону Жемчужной реки и Витого леса. Ближе к полудню пейзаж из деревушек и возделанных полей сменился на дикие луга с небольшими рощицами деревьев. Встреченный по дороге конный патруль из ополченцев барона Янстина поделился хорошими новостями, что в окрестностях в последнюю неделю все спокойно и безопасно.
Когда солнце перевалило зенит, а жара присущая месяцу Зарев стала почти нестерпимой, караван остановился у небольшого придорожного родника на короткий отдых и водопой.
К середине дня жара, ездовые чудовища и отношение к ней сухопутных крыс окончательно довели эльфийку, испортив настроение, а ведь она обещала себе больше никогда и никому не хамить. С этими мыслями она оказалась у родника, где некий щёголь в трико уже представлялся "лучшим гимнастом". Всё, что Вайса знала о гимнастах – они выступают в цирке, а где цирк, там и фокусы. Умываясь, она оглядела полуэльфа, прикидывая, какие фокусы тот мог знать, и попыталась поддержать разговор.
— В цирке значит..? И шпаги глотаешь?
>>1649497
>>1649489 →
Рассвет окрасил небесное полотно золотом и багрянцем. Над городом проплывали редкие белесые завитки, предвещая добрую погоду. Бернард к тому времени был уже на ногах. Он оставил дом человека, которому должен был доставить - и доставил - послание от сира Рожера, и который так любезно согласился дать ему отоспаться одну ночь в гостевой комнате.
Пройдя улочками к выезду из города, он присоединился к караванщикам, к которым загодя нанялся охранять их и их скарб по дороге до деревушки Хоммлет. В ином случае он вряд ли бы взялся за такое дело, однако же поручение сира Рожера вело его ровно в ту же деревню, а значит можно было подзаработать лишний грош на столь удачном стечении обстоятельств. Перекинувшись парой предложений с нанимателем, он после присоединился к двум братьям, что отвечали за лошадей. Оценив и выбрав себе крепкую животину, он оседлал ее. Проверяя седельные сумки, он приметил одного из своих спутников. Тот тоже выбирал себе лошадь. Борода с сединой, морщины, большой нос… как те колдуны-бродяги из детских сказок, которым писано постоянно изрекать мудрости и помогать коротышкам нести перстни к вулканам.
- Советую взять того, - сказал ему Бернард, кивнув в сторону гнедого. - Это крепкий конь. В дорогу самое то.
И они тронулись в путь.
Первый день шел хорошо, но еще бы только не пекло так сильно.
Бернард то ехал молча один, то присоединялся к беседам о том-сем. Когда они остановились у родника, многие поспешили поскорее умыться и напиться, а Бернард еще минуту оставался в седле, осматриваясь. Места-то здесь пока мирные, но и настороженность лишней не будет.
Наконец, он спешился и повел лошадь к воде. Набрав в ладони прохладной воды и смыв пот с лица, он услышал разговор двух других: один представился, вторая ехидничала.
- И что это лучший воздушный гимнаст Диверса вдруг заделался сопровождать караваны? - усмехнулся рыцарь, проведя мокрой ладонью по шее.
Дельце было - не бей лежачего гоблина, благо Дори планировал несколько встреч со своими клиентами к западу от Витого леса, поэтому на предложение торговцев из Наэрова колодца дворф согласился даже и не торгуясь, так, лишь для отрастки поворчав, без удовольствия.
Находясь в конце каравана, Дори покачивался на лошади в специальной дворфийской упряжи с удлиненными вожжами - благо к этому способу перемещения дворф уже неплохо привык за годы странствий. Балансируя свисающим со спины большим арбалетом, дворф мельком поглядывал на своих случайных коллег на ближайшие несколько дней.
Во время привала Дори, вместе с остальными, подъехал к озеру, и, не особо стесняясь, стащил с себя сапоги, подвернул штанины и пошел шлепать по воде, омывая свои ступни. Ненароком он прислушался к разговору.
- Что, что... - Ворчливо Дори исподлобья зыркнул на Бернарда. - Ушастый кого-то прирезал и в кусты, вот и вся недолга.
- Нет, сударыня, в нашей профессии шпагу глотают, как правило, недовольные представлением, впрочем такого еще не случалось. И не цирк, а театр, это вам не тут, это высокое искусство!
Тут один из торговцев замечает:
- А я слышал, что гимнаста в Диверсе уволили, как же так?
- Уволили? Глупости! Сплетни! Злые языки-с. У меня много завистников знаете ли. О, нет, Диверс просто стал слишком тесен для меня, слишком провинциален. Я планирую открыть свой театр в Грейхоке, с преферансом и куртизанками, вот только немного денег раздобуду на реквизит. - закончил Ларс, все еще с добродушной улыбкой оглядывая собравшуюся разношерстную компанию. Обида на диверскую труппу еще горела в груди, но он не подавал виду. Язвительные замечания спутников были ничем по сравнению с тем скандалом с которым акробат покинул город. Скажем просто, что возвращаться туда в ближайшее время было бы неблагоразумно.
>>1649515
>>1649518
Вайса никогда не бывала ни в цирках, ни в театрах, потому слабо представляла, чем еще мог заниматься акробат. Но история с увольнением, даже если этого не было, нашла отклик в сердце эльфийки. Её ведь тоже уволили — проклятые ублюдки, корсары, так же не оценили её таланты.
Обида опять кольнула в груди Вайсы. Распрямившись, она оглядела горизонт, поморщилась. Желая сменить тему, припомнила о том, что торговцы говорили о ночных стражах и прочей скучной рутине, связанной с караваном, которой она была обязана заниматься.
— Вы уже распределили ночные дежурства меж собой? Вас как раз семеро... — Вайса потирала свою белую бровь пальчиком, оглядывая горе-охранников, не причисляя себя к их числу. — Мне, как единственной, кто понимает в магии, положен полный сон. Вам же объяснили?
Дори стоял по щиколотку в прохладной воде, уперев короткие руки в бока, слушая разговор. Из зажатых зубов вылетело колечко дыма.
- Я из арбалета за сто шагов монетку сшибаю, но это не значит, что мне караул не положен, ушастая. А твои волшебства, знаешь ли, не повод спинку греть. Мы тут все на ноги встаём - по очереди. Дело общее - и отвечать будем вместе. Не хочешь - зря подвязалась. Наэров колодец недалеко, никто не держит. Без обид.
Вайса раздраженно взглянула на дварфа, смерив его с ног до головы. Пока остальные хлопали глазами, этому коротышке нужно было взять и всё испортить.
— Сто твоих шагов? Это примерно сколько... — Эльфийка закатила глаза, делая примерные подсчёты в голове. — Двадцать моих? Потому что если так... — Вайса осеклась, она же обещала себе не находить конфликты. — Без обид.
- Полный сон нужен, только когда заклинания в памяти изменить нужно или истраченные возобновить, - вмешался в разговор стоящий неподалеку худощавый полуэльф в кожаной броне поверх хорошо подогнанного походного костюма и широкополой шляпе защищающей его фиолетовые глаза от яркого солнца. - Вайса, какое заклинание ты собралась подготовить на завтра?
Выслушав эльфийку, Дори прыснул в бороду, оценив шутку.
- Двадцать твоих, сто моих - а дежурить все равно придется каждому.
Просушив ноги и вернув сапоги на их законное место, Дори безмятежно прогулялся у каравана, "грея" свои уши. Впрочем, ничего интересного роком-ненароком выведать ему не удалось - торговцы и охранники тихо говорили о самых тривиальных вещах. Почесав затылок, дворф вернулся к своему коню, скормив ему яблоко.
Несчастная кобыла под мужчиной активно стригла ушами и пофыркивала в попытке отогнать от себя назойливого шмеля.
Взмах здоровой руки варвара — и шмеля, подхваченного ветерком, унесло прочь.
Хороши здешние места!
Фергус вглядывался из-под козырька ладони в красочные пейзажи, раскинувшиеся вокруг. Судьба завела его в Наэров колодец, городок на Диком берегу. Плодородная почва и сочные пастбища выглядели заманчиво для вольных людей, не желавших платить большие оброки. Заведи себе хозяйство под сенью города и живи себе поживай, добра наживай, век горя не знай! Правда, из-за гуляющих в регионе разбойников был неиллюзорный риск распрощаться с этим добром, так что крынку горюшка всё-таки, пожалуй, хлебнуть придётся, но тут уж ничего не поделаешь — такова была цена свободы.
Фергуса разбойники не пугали, но мысль о том, чтобы остаться здесь навсегда, была безжалостно им отброшена и предана анафеме.
До того, как присоединиться к каравану, он останавливался на несколько деньков в каком-то хуторке, где одна местная вдовушка с радостью его приютила. Жизнь там текла размеренно, не спеша, обволакивала странной сонливостью, пристававшей словно репей; и мужчина за проявленное к нему радушие решил помочь бедной женщине в быту, в тот миг совсем позабыв о своей цели. А когда очнулся ото сладкого сна пасторали, собрал пожитки и бегом пустился в путь. В конце концов, вдовы заманчивые груди не заменят никогда свободы!
И так, утомившись бродить по городу, он с превеликим рвением записался в охранцы торгового каравана. К тому же он дополнительно поинтересовался местом, куда шли караванщики, и оказалось, что именно туда-то ему было и нужно.
Всё это время он молча слушал своих спутников и наслаждался дорогой. Когда перед ними возник родник, он спешился с лошади и припал вместе с истомлённым животным к журчащему источнику, от которого веяло освежающей прохладой, столь желанной в этот жаркий день.
— О... Спасибо, что объяснил мне про магию. — Вайса вернулась к умыванию. Только движения эльфийки сделались резкими. Умываясь, она покосилась на лошадей, очевидно, скоро она вернётся к экзекуции жёстким седлом.
- Всегда, пожалуйста, леди, - полуэльф шутливо отсалютовал приподнятой шляпой. - Магам в одной команде следует знать подготовленные заклинания друг друга. У меня усыпление врагов. Надеюсь, ты тоже выберешь что-то полезное.
Брайт освободил место рядом с родником для других страждущих и, подойдя к следопыту, перекинулся с ним парой негромких фраз.
И вот Эрлик и еще полдюжины наймитов стояли на отъезде из Наэрова колодца и разбирали лошадей, любезно предоставленных для них братьями-коневодами. У Эрлика здесь была особая задача – он благословлял скакунов на удачу и путь без происшествий. Легким движением деревянного посоха он помахивал над их головами, шепча благословения. Когда жрец закончил, все выбрали лошадей себе подстать: матерый жеребец для рыцаря, коротконогий, но крепкий конь для дварфа, спокойная кобыла для неопытной в верховой езде эльфийки, непокорный, почти дикий коняга для гостя с севера, грациозный тонконогий скакун для акробата... Наконец, когда очередь до Эрлика, привыкшего преодолевать расстояния пешим ходом, лишь совет благородного рыцаря (>>1649508), проведшего в седле большую часть сознательной жизни, помог ему окончательно определиться со своим выбором: крепкий гнедой конь, тяжеловатый для скоростных заездов, но в самый раз для неспешного, но продолжительного путешествия.
– Спасибо, каменный воин, – радушно ответил Эрлик рыцарю, – благослови тебя Странствующий бог, – сказал жрец и накинул седло на своего теперешнего скакуна, после чего все они отправились в путь.
*
И вот, проездив весь день верхом, Эрлик наконец дождался остановки каравана для долгожданного привала у родника.
Пополнив свои запасы воды еще до того, как дварф промочил в роднике свои ноги, жрец ушел с бережка, достал трубку, забил в нее немного табачка и закурил, оглядываясь в поисках того, с кем можно было бы перекинуться парой фраз, а может быть даже сыграть в кости... И его взгляд пал на северянина, в отличие от остальных не замешанного ни в каких спорах с окружающими.
>>1649585
– Ты с севера, да? Суровый край, я слышал. Что привело тебя сюда? – сказал Эрлик, любезно протянув раскуренную трубку дикарю.
Утолив жажду, варвар вытянулся во весь свой рост и обернулся на голос. Кажется, то был жрец. По сравнению с ним Фергус смотрелся великаном, спустившимся с горных гряд.
На вопрос старика мужчина решительно кивнул.
— Да, с севера. Я прибыл сюда в поисках испытаний, — ответил он, не таясь. — А также найти вора, укравшего то, что по праву принадлежит моему народу.
Тут он посмотрел на протянутую трубку и, хмыкнув, принял её с улыбкой.
— Спасибо!
Затяжка-другая, и вот дикарь уже зашёлся кашлем, словно хапнул едкой гари от костра. Могучая грудь спазмичеси затрепыхалась, а сам варвар замельтешил рукой перед своим лицом, прогоняя от себя дым. На редкость крепкое курево! Или он просто не привык регулярно травить свой организм курительными травами.
— Ух, ну и ядрёное... — протянул он обратно трубку её владельцу.
В его речи отчётливо слышился акцент севера, хорошо знакомый тем, кто имел дело с народами Тиллонрианского полуострова, диковатыми и варварскими по имперским меркам, но отменными наёмниками и головорезами.
На ночлег остановились рядом с осиновой рощицей. Возницы споро организовали лагерь, заготовили дров и приступили к готовке еды. Ужин был сытный. Ячменная каша с копченой свининой, сыр и сильно разбавленное вино. На закате слуги-возницы отправились спать, а торговцы, посовещавшись между собой, решили принять участие в ночных вахтах вместе с охранниками, так же сменяя друг друга каждые два часа.
– Ты ушел с севера, где, как я слышал, морозные великаны срывают крыши домов, а в лесах обитают волки размером с лошадь, и пришел за испытаниями к нам на юг? – с легким смешком в голосе поинтересовался Эрлик, – стало быть, на севере не так уж страшно, как о том говорят. Стоит туда наведаться.
Жрец аккуратно забрал трубку у закашлявшегося Фергуса, чтобы затянуться самому, после чего вернул ее в руки юноши.
– Играешь в кости?
можем сейчас скипнуть время до актуального момента с ночными дежурствами. Типа мы провели его за игрой в кости.
Дикарь улыбнулся во весь ряд зубов, когда услышал, какие слухи в далёких землях ходили о его родине.
— Страшно, не страшно, но жизнь на севере действительно требует отваги и сил. Даже наши жрецы, волхвы и прорицатели — все умеют сражаться, как настоящие воины, иначе бы просто погибли в детстве, — с гордостью отвечал он жрецу.
Когда жрец уж было собрался передать трубку снова, Фергус отрицательно мотнул головой, сказав:
— Благодарю, старик, но я не люблю курить, — рука варвара свернула в кулак протянутую ладонь, в которой и осталась трубка с тлеющим табаком. — Не понимаю, как можно травиться всякими смесями, как по мне — лучше бы местные тренировали тело и закаляли здоровье.
Дальше, как выяснилось, дикарь в кости раньше никогда не играл, но очень захотел попробовать. После того, как жрец рассказал правила, в его глазах заиграл огонёк. В тот миг дух азарта охватил варвара.
Наверное, так будет лучше, и для Мастера, и для всех других. Представим также, что они представили друг другу свои имена?
...
- Что за чертовщина?! Зачем вы мне мешаете спать, у меня выступление завтра! Мари! Где Мари?.. Ах, простите простите. Да, караван, охрана, я помню, не беспокойтесь, господин рыцарь. - зевая во весь рот и потирая ушибленный бок, Ларс достал из рюкзака зеркало и попытался, без особого успеха, поправить растрепанные во сне волосы в отблесках едва теплящегося костра. Удовлетворившись он, хрустнув суставами, встал и покосился на проснувшегося уже от всей этой возни Дори:
- Уважаемый дворф, нам с вами стало быть заступать на дежурство. - и сделал реверанс указывая в направлении выхода. - А вам хорошего сна, господа.
> как по мне — лучше бы местные тренировали тело и закаляли здоровье.
– Ну это уж точно не по мне, – широко улыбнувшись, ответил жрец на замечание паренька.
– Меня Эрлик звать кстати, – представился жрец, после чего и Фергус назвал ему свое имя.
Сев за кости, двое путешественников и не заметили как солнце зашло за горизонт и застрекотали сверчки. Первое время они играли на камни и ветки, а к тому моменту, как бродяга Эрлик предложил сыграть по-настоящему, поставив на кон свое еще не выплаченное жалование, они услышали храп, доносящийся со всего лагеря, и поняли, что сами не прочь бы поспать. Тогда-то игроки и принялись будить следующих дежурных, условившись поиграть еще на следующий день, но уже по-настоящему.
Кое-как проснувшаяся эльфийка встала на свою смену, когда небо окрашивалось первыми лучами зари. Прихрамывая, закостенелая от сна Вайса вышла из импровизированного лагеря, оказываясь лицом к лицу с полуэльфом, который так неудачно помешал ей днем у родника. Впрочем, это был хороший шанс прояснить недопонимания.
— Это ты. Что касается сегодняшнего дня. У родника. Не переживай. Я тебя прощаю. Ты маг - я маг. — Вайса наклонила на бок голову, многозначительно скосив глаза на свое острое ухо. — Я эльф... ну ты полуэльф. Кстати, на вторую половину орк? Твоя мама что... — эльфийка резко вскинула руки, энергично ими разведя, будто распахивает шторы. — Не важно! Просто в следующий раз поддержи меня. Хорошо?
- Глупенькая, если хочешь чтобы тебя поддерживали, - голос Брайта звучал мягко и спокойно, будто он говорил с маленьким ребенком, а не взрослой женщиной. - Сначала отучись шутить про чужих матерей.
Полуэльф обошел волшебницу и вернулся к своему месту у костра. Улегся на расстеленную рядом попону, подложил под голову седельную сумку со своим скарбом, накрылся плащом и быстро уснул.
Ночь прошла спокойно. Утром караван продолжил свое движение дальше на запад. Все та же жара и безоблачное небо. Лишь иногда налетающий ветер приносил некоторое облегчение.
Во второй половине дня путники достигли брода через Жемчужную реку. На противоположном берегу в полумиле на юг вдоль реки виднеется маленькая рыбацкая деревушка домов на десять. Футов шестьдесят шириной, но глубиной едва ли по пояс река в этом месте легко преодолима всадниками, но вот с повозками предстоит что-то предпринять, чтобы не намочить ценный товар и припасы.
В деревне удалось договориться с местными и нанять две лодки с рыбаками. Переправа заняла весь оставшийся день. Вечер и ночь прошли без происшествий. Если не считать лошадиного ржания и удаляющегося стука копыт, нарушивших ночную тишину в предрассветный час со стороны тракта дальше на западе.
Ларс выполнял стойку на одной руке в седле скачущей по манежу лошади, впитывая в себя энергию замершей от восторга толпы. Мари синхронно повторяла его движения на пегом жеребце движущемся чуть впереди. Вдруг раздалось громкое ржание и лошадь под гимнастом споткнулась об оставленную силачом Маркусом гирю. От падения Ларс проснулся и не сразу понял где находится. Короткий сон после дежурства, да еще и в такую жаркую ночь, всегда приводит к странным грезам. Вместо того чтобы досыпать оставшийся час, акробат решил немного развеяться и прогуляться дальше по дороге, бесшумно двигаясь в рассветных сумерках...
Несущая последнюю стражу эльфийка лениво оглядывала лес вокруг каравана, вполуха прислушиваясь к храпу, исходящему из лагеря, который внезапно прервался вскриком. Приподняв бровь, Вайса подумала, что кто-то наконец набрался смелости избавиться от этого храпящего чудовища. Но нет, через мгновение щёголь выскользнул из лагеря и отправился куда-то по дороге, видимо, представляя себя незаметным. Смотря вслед акробату, невыспавшаяся эльфийка вознесла молитву всем богам, чтобы тот заблудился.
>>1649662
Скосив взгляд, эльфийка посмотрела на другого полуэльфа, Брайта, с которым ей приходилось нести утренние стражи и который посмел назвать её глупенькой и улегшийся спать посреди прошлого дежурства. Перечисляя список эльфийских ругательств в голове, Вайса поймала взгляд Брайта, резко отвернулась, делая вид, что внимательно рассматривает куст.
Потратив час на прогулку в направлении шума и обратно, Ларс не заметил на дороге или по сторонам от нее ничего подозрительного. Похоже, лошадь ускакала еще дальше в сторону Витого леса.
Исправление ошибки
Полуэльф обошел волшебницу и вернулся к своему месту у костра. Улегся на расстеленную рядом попону, подложил под голову седельную сумку со своим скарбом, накрылся плащом и быстро уснул.
После разговора с эльфийкой Брайт взял лук и стрелы и вышел за периметр повозок. Он занял место неподалеку от лошадей, чтобы все животные находились в поле его зрения и раз в примерно пять-десять минут совершал обход вокруг лагеря.
>>1649681
С каждым днем путешествия Ларс все больше приходил в себя, и вернувшись с прогулки освеженным и бодрым, принялся делать гимнастику. Проходившему мимо Эодану он сообщил об услышанном ночью, а у возниц спросил, не осталось ли еще той замечательной каши на завтрак. Получив утвердительный ответ он с широкой улыбкой наложил себе добротную порцию и предложил такую же стоящей неподалеку эльфийке.
- Как можно хмуриться в такой прекрасный летний день, когда мы тут на полном пансионе? Подкрепитесь лучше в дорогу, а то Вас с минуты на минуту ветром сдует.
Приняв тарелку, Вайса коротким кивком поблагодарила акробата. Затем посмотрела вниз, на свое тело. Не такая уж и худая она была. Обычная эльфийка. Ну, может, чуть-чуть форм не хватает. Вайса резко вернула взор на Ларса. Он что, ее осматривал?
— Ты храпишь как... — эльфийка принялась энергично мешать кашу, будто это могло сделать еду вкусней. — Знаешь?
Аккуратно, не касаясь губами ложки, эльфийка соскаблила зубами кашу, принялась вяло жевать
- Храплю? Не может быть, что это она выдумывает, - подумал про себя Ларс и ответил уже вслух с набитым ртом - Никто из моих спутниц ранее не жаловался, - и проглотив кашу закончил - видимо у Вас очень чуткий слух, даже по эльфийским меркам.
— Не подумай лишнего. Я не жалуюсь. — Вайса наклонилась, ближе понижая голос до заговорщиского. — Но вот те двое, караулящие первыми, одноглазый и шрамированный... — эльфийка наклонилась еще ближе — Предложили сломать тебе нос, чтобы второй раз все сраслось получше.
— Можешь представить? — Изображая возмущение, воскликнула Вайса отстраняясь, и оценивая реакцию акробата.
Ларс широко раскрыл глаза от изумления, осторожно посмотрел по сторонам и поправил шпагу на поясе.
- Уверен, они не опустятся до такого, кхм, варварства, как никак 576 год на дворе, мы давно живем в цивилизованном обществе! Но все же пожалуй стоит держать ухо востро, так что благодарю Вас за предупреждение.
Тем временем караван уже собирался к отправлению, и акробат в своей куртуазной манере жестом предложил эльфийке помочь взобраться в седло.
Вайса угукала и энергично кивала, умиляясь наивности артиста. На "варварстве" ей пришлось прикрыть губы ладонью, чтобы скрыть улыбку. Но всё веселье кончилось, когда ей указали на запряженное чудовище и жёсткое седло. Этот момент она собиралась оттягивать так долго, как могла. В седле она окажется, как обычно, последней.
— Спасибо. Я ещё постою. — эльфийка внезапно заинтересовалась своими ногтями, отвлекаясь от Ларса.
На третий день путешествия Эрлик приноровился курить трубку верхом, держа поводья одной рукой, и теперь делал это практически постоянно.
Пение лемных птиц и шелест листьев конечно успокаивали и вселяли некоторый трепет, но всё же не могли перебить скуку, поэтому жрец решил, что скоротать часы поездки поможет разговор с приятным собеседником.
– Конь, которого вы мне посоветовали, действительно хорош, – сказал Эрлик, подскакав поближе к Бернарду, – давно разъезжаете верхом?
я правильно понимаю, что Бернард скрывает то что он рыцарь?
Утром после завтрака и необходимых приготовлений караван возобновил движение вперед по дороге.
Далеко за полдень путешественники добрались до деревушки Данмарш. С окраины которой можно уже разглядеть тонкую зеленую полоску Витого леса на горизонте. Само поселение в дюжину дворов было обнесено добротным деревянным частоколом. Ухоженные чистые дома с соломенными крышами украшали резные узоры в виде желудей и дубовых листьев на оконных ставнях и притолоках дверей. Кроме жилых домов и хозяйственных построек в поселении нашлось место для маленькой кузницы и пасеки.
Жители деревни оказались миролюбивы и разрешили воспользоваться своим колодцем, чтобы напоить животных. Попутно они предложили на продажу эль, мед, свежий хлеб и другие продукты по умеренным ценам. Во время общения с местными в глаза бросилась одна деталь. Все мужчины в поселении от мальчишек до стариков носили оружие. Кинжал, дубина, топор или меч были на поясе у каждого.
Проведя в Данмарше пару часов, караван продолжил свой путь и к закату почти достигли опушки Витого леса, где и стал лагерем на ночлег.
Вайса рассхаживала по деревне, прихрамывая. Она озиралась на своих спутников, которые, к ее зависти, проблем с конями не имели. Зато у нее не бывало морской болезни, даже в самый сильный шторм. В который ее выбросили. Эльфийка раздраженно пнула мусор, валявшийся под ногами, одновременно замечая следопыта Эодана. Эльф стоял отдельно и трепал свою гончую за ухом.
Робко приблизившись, Вайса поприветствовала следопыта открытой ладонью.
— Слышала, сегодня мы достигнем Витого леса. Ты же из местных? — эльфийка была необычно стеснительной для себя. Прикусив губу, продолжила: — Твои же будут торговцев... ну... ты понял... — Вайса провела пальцем по горлу. — Мы ведь эльфы. Замолвишь словечко за меня если что?
>>1649617
Дори молча поднялся, отряхнув от дорожной пыли свои штаны и, закурив трубку, отправился слоняться вокруг лагеря. Проведя пару часов на ногах и чуть не умерев от скуки, дворф, вернувшись к очагу, бахнулся на свою циновку и засопев - заснул.
---
Следующие дни Дори в напускной полудреме ехал в арьергарде каравана, почти опустошив свой - стоит признать, немаленький! - кисет с табаком. Путешествие протекало без излишних приключений, что полностью устраивало наемника. Впрочем, на исходе третьего дня, справляя нужду у дерева, судя по виду оного, стоящего в лесу уже не одну сотню лет, Дори с легким раздражением размышлял о городке Данмарш... С одной стороны, в глубоком лесу носить оружие - естественно. С другой стороны - у этого может быть и иная причина... Чтобы мальцы носили кинжалы и топорики?
Подтянув штаны, Дори, вернувшись к каравану, обратился к Эодану.
- А не знаешь, чейта в Данмарше все как на войну собрались, м?
- Да. Я из эльфов Витого леса. Мы, в самом деле, чужаков не привечаем, но, - Эодан скопировал жест Вайсы пальцем по горлу. - Не занимаемся. Мы же не бандиты какие.
Эльф переключился на Дори и его вопрос про вооруженных местных.
- Есть такая традиция во многих независимых поселениях Дикого берега. Свободные люди носят оружие, чтобы показать готовность отстаивать свою свободу и защищать себя, своих близких и все чем владеют. И заодно дать отпор идиотам, посмевшим на свободного человека напасть.
Оказавшись в деревне, Эрлик конечно же обрадовался, увидев прилавки, набитые свежими овощами, соленьями и мясом, но его радость продлилась недолго, ведь у него не было и гроша в кошельке, а жалование он получит только по окончании экспедиции.
Тем не менее, жрец прошелся по городу и дошел до местного кабака, где ему налили пару кружечек в обмен на увеселение здешнего контингента похабными притчами и благословения на удачу. Там же он справился у местных, почему они все ходят при оружии и какие враги орудуют в этих местах – надо же быть готовым ко всему, что ожидает их в Витом лесу.
Ночь прошла тихо и спокойно. Утро более прохладное, чем в последние несколько дней и появившиеся в небе облака обещали спад дневного зноя. Перед отправкой дальше путники провели тщательную проверку повозок, животных и припасов. Им предстоял самый опасный и тяжелый отрезок пути, где на ближайшие десять дней они будут сами по себе и не предвидится никакого безопасного убежища.
Через час после начала движения караван вошел под полог леса. Шелест листьев, переливы голосов птиц, запах свежести и долгожданная прохлада встретили путешественников. По мере продвижения лес становился гуще, а дорога значительно уже. Ее ширины едва хватало, чтобы две повозки могли разъехаться, не зацепившись бортами. Неровности и торчащие корни деревьев замедляли и так пешеходную скорость каравана вдвое. Иногда от дороги отходили тропы и тропинки, ведущие вглубь чащи.
В конце дня перед охраной каравана встала задача организации максимально безопасного ночлега в таких условиях. Особенно когда до наступления темноты оставалось не более четырех от силы пяти часов.
Его взгляд зацепился на красный колпак, которым была неаккуратно перевязана одна из осей телеги с красным вином. Дори удивленно вздернул бровь и подъехал поближе. Чутье его не обмануло - это был классический гномский колпак. На тесьме с внутренней стороны было вышито имя владельца - оно уже истерлось - но первая буква была видна явно: Z...
"Занзо? Малыш-пивовар Занзо, которому наставила рога жена? Занзо, который торчит мне десяток золотых?"
Мысли в голове Дори понеслись с лошадиной прытью и он, аккуратно перепрыгнув на телегу, начал искать следы гнома. Чуть его не обмануло - и ужаснуло... На дне телеги лежали ботиночки Занзо, его дырявые проперженные трусы, ржавый кинжал, которым он чистил свои ногти... Сжимая его вещи, Дори, потрясал кулаками небу - кто же теперь вернет ему 10 золотых?
Но самое страшное было впереди. Принюхавшись и лизнув винные подтеки на бочке, ассасин почувствовал столь знакомый вкус - вкус крови...
"Да эта бочка наполнена не вином и кровью! Погоди, ЭТО РЕАЛЬНО?"
Покосившись на ничего не замечающих спутников, Дори, закинувшись понюшкой толстошлемника, решил, что эти торговцы заплатят за все - коль карлик не сможет этого сделать.
Это будет ночь коротких мечей и еще более коротких кинжаликов.
Выскочив на одну из шести бочек, дворф, заорав, выпустил отравленную стрелу в одного из торговцев, во второго метко кинув кинжал.
- Эти ПИДОРЫ кровь гномов перевозят! - После чего, взмахнув топором, разбил самую крупную бочку с "вином". Расколотые доски полетели во все стороны, обдав всех потоками вонючей жижи - а внизу, действительно, покачивались на остатках жидкости начавшие разлагаться остатки гнома.
- ЗАНЗО, МОЙ МАЛЬЧИК, ЧТО ОНИ С ТОБОЙ СДЕЛАЛИ. СУКА, ГДЕ МОИ 10 ЗОЛОТЫХ. - Взревел Дори, выхватив у одного из охранников факел, кинув его на повозку с тканями. Телега взвилась огнем за секунду.
Перепрыгнув на телегу с другими бочками, Дори с ужасом подумал, что может быть внутри "белых" бочек. Ссанина?
И это было действительно так. Из бочек разило мочой первостатейного качества. Пожав плечами, Дори, испытывая от волнения давление в клапане, стянул портки и насрал и нассал туда.
Вернувшись на бочку с красным вином, Дори подобрал труп Занзо и побежал в лес.
- Не переживай, мой хороший, я найду лучшего некроманта, чтобы он оживил твой труп и ты сука вернул мне мои 10 золотых. А потом мы отправимся в Хоммлет и обоссым твою жену. Не переживай, я все продумал.
А караван? Да и похуй на этот караван.
– Что-то ищете? – донесся голос откуда-то из-за спины Эрлика. То был пожилой крестьянин, которого, как казалось, жрец уже видел на другом конце деревне стригущим яблоню.
– Я бы хотел выпить. Нелегкая выдалась дорога. У вас здесь есть кабак какой или что-то подобное? Должен же где-то отдыхать здешний люд, в самом деле. – ответил ему Эрлик, опершись на свой резной посох.
– Здесь нет кабака. – холодно ответил крестьянин, как будто произнося слово "кабак" впервые.
Вместе с тем Эрлика начали неспешно обступать крестьяне.
– Здесь нет кабака. Здесь нет кабака. Здесь нет кабака. – почти хором повторяли они, окружая Эрлика.
Теперь внешнее сходство этих людей стало еще заметнее: одинаковые мужчины среднего телосложения, с разницей лишь в одежде и прическах, одинаковые женщины, одинаковые старики, одинаковые дети, а их стеклянные глаза не выражали ни единой эмоции... Всё это начало не на шутку пугать странствующего жреца, и он попятился назад, но уткнулся спиной в заградившего путь крестьянина.
– Вы что, друзья? Я что-то не то сказал? Простите уж, я не имел в виду ничего дурного! – пытался объясниться Эрлик, но вместо ответа получил лопатой по голове. Из его виска потекла кровь и он тут же упал в объятия подхвативших его крестьян, и те понесли его в каком-то направлении.
– Вы что вытворяете, уроды! Фергус! Бернард! Кто-нибудь! Помогите мне, эти крестьяне слетели с катушек и напали на меня! Куда вы меня несете?! – беспомощно орал Эрлик, тщетно пытаясь вырваться из захвата.
Вскоре крестьяне донесли жреца к одному из одинаковых домов, стоящим дальше остальных. Открылась дверь и толпа оказалась в квадратном помещении без окон с гладкими белоснежными стенами. Посередине стояло большое кресло с подлокотниками и странным металлическим орудием, крепящимся к спинке кресла. Эрлик был силой посажен в это кресло, а на его руках и лодыжках тут же защелкнулись стальные кандалы, не давая и шанса вырваться.
– Что это такое?! Вы будете пытать меня? Я же ничего не сделал! – выкрикивал Эрлик, но его будто бы не слышали.
Тот самый пожилой крестьянин подошел к креслу и опустил странное приспособление к голове жреца так, чтобы три конусовидных наконечника были направлены на его макушку и оба виска.
Другой крестьянин нажал на рычаг в углу комнаты и из трех наконечников тут же вырвались лучи неизвестной энергии и ударили в голову скованному жрецу, приченяя ему невероятную боль. Он кричал, пытался вырваться, содрогался в конвульсиях, но в конце концов обмяк и теперь уже даже не пытался оказывать сопротивление. Вместо этого он смотрел вперед стеклянными глазами, не выражавшими ни страха, ни гнева.
– Должен... Охранять... Караван... – медленно проговорил жрец холодным металлическим голосом, после чего кандалы разомкнулись и Эрлик механической походкой зашагал к выходу.
*
Вернувшись из Данмарша в лагерь, Эрлик встретил Фергуса, зажаривавшего купленную в деревне сардельку на костре.
– Здорова, Эрлик! – воодушевленно поприветствовал его северянин, – не хочешь сыграть? На этот раз мне точно повезет!
– Я должен охранять караван. – ответил ему Эрлик, остановившись перед ним словно по стойке смирно.
– я должен эффективно действовать в рамках своих способностей с поправкой на личную безопасность. Это моя единственная обязанность, пока я не покину караван в конце пути. – холодно отчеканил Эрлик, смотря на недоумевающего варвара своим новым бесчувственным взглядом.
– Странный ты какой-то. Головой что ли ударился? – осведомился Фергус, внимательно рассматривая старика, пока не заметил запекшуюся кровь у него на виске. – А, ну понятно. Иди отдохни что ли.
Но вместо того, чтобы прислушаться к совету молодого товарища, оставшийся час пеед отъездом Эрлик странной походкой обходил лагерь, стоя неподвижно то в одном месте, то в другом.
Больше Эрлик никогда не брал в рот трубки, никогда не пил и никогда не играл в кости. Отныне он идеально выполнял свою функцию охранника каравана, безропотно выполняя все приказы караванщиков и не отвлекаясь ни на что другое, кроме еды и сна.
Когда караван наконец доехал до Хомлетта, он получил свое жалование и больше его никто не видел.
